«Завтрак»
ВРЕМЯ ЧИТАТЬ СОМЕРСЕТА МОЭМА
Я встретил ее в театре. В антракте она мне кивнула, я подошел к ней и сел рядом. Я не видел ее очень давно и, если бы не услышал ее имени, то, пожалуй, не узнал бы ее.
- Сколько лет мы с вами не видались! - с улыбкой сказала она. - Как летит время! Да, мы не молодеем. Помните нашу первую встречу? Вы пригласили меня позавтракать.
Помню ли я!
Это было двадцать лет назад, я жил тогда в Париже. Я снимал в Латинском квартале крошечную квартирку окнами на кладбище, и денег, которые я зарабатывал, едва хватало, чтобы сводить концы с концами. Она прочла одну из моих книг и написала мне. Я ответил несколькими словами благодарности и вскоре получил от нее еще одно письмо, в котором она писала, что будет проездом в Париже и хотела бы со мной поболтать; но у нее очень мало свободного времени, и единственный день, который она может мне уделить, это следующий четверг; утро она проведет в Люксембургском дворце, а потом мы могли бы позавтракать у Фуайо. Ресторан Фуайо посещают французские сенаторы, мне он был нё~по средствам, я никогда и не помышлял о нем. Однако ее внимание мне польстило, к тому же я был слишком молод и не научился еще говорить женщинам "нет". {Мужчину редко удается научить этому, прежде чем он достигнет такого возраста, когда женщине уже безразлично, что он скажет.) У меня до конца месяца оставалось восемьдесят франков, а скромный завтрак не мог, конечно, стоить дороже пятнадцати. Если оставшиеся две недели обходиться без кофе, мне бы этих денег вполне хватило.
Я ответил, что в четверг буду ждать моего неизвестного друга у Фуайо в половине первого. Она оказалась не такой молодой, как я ожидал, и вид у нее был скорее внушительный, нежели привлекательный. Это была женщина лет сорока (возраст прелестный, но едва ли способствующий пробуждению сокрушительной страсти с первого взгляда). У нее были крупные ровные белые зубы, только мне почему-то казалось, что их у нее больше, чем нужно. Она была болтлива, но, видя, что она склонна болтать обо мне, я готов был слушать ее со вниманием.
Когда я взглянул на карточку, у меня потемнело в глазах - цены были гораздо выше, чем я предполагал. Но она меня успокоила.
- Я никогда не завтракаю, - сказала она.
- Вы меня обижаете! - великодушно воскликнул я.
- Я никогда плотно не завтракаю: не больше одного блюда. По-моему, люди в наше время слишком много едят. Немножко рыбы, пожалуй. Интересно, есть у них лососина?
Для лососины был еще не сезон, и в карточке она не значилась, но я все же спросил у официанта, нет ли у них лососины. Да, они только что получили чудесного лосося - первого в этом году.
Я заказал для моей гостьи лососину. Официант спросил у нее, не прикажет ли она подать какую-нибудь закуску, пока будут готовить заказ.
- Нет, - отвечала она, - я никогда плотно не завтракаю. Разве если у вас есть икра. От икры я не откажусь.
У меня екнуло сердце. Я знал, что икра мне не по карману, но как я мог признаться в этом? Я сказал официанту, чтобы он непременно подал икру. Для себя я выбрал самое дешевое блюдо - баранью отбивную.
- Зачем вы берете мясо? - сказала она. - Не понимаю, как можно работать после такой тяжелой пищи. Я против того, чтобы перегружать желудок.
Теперь предстояло выбрать вино.
- Я ничего не пью за завтраком, - сказала она.
- Я тоже, - поспешно заявил я.
- Кроме белого вина, - продолжала моя гостья, как будто и не слышала моих слов. - Французские белые вина такие легкие. Они очень хороши для пищеварения.
- Какое вы предпочитаете? - спросил я, все еще любезно, но без излишней восторженности.
Она блеснула своими ослепительными зубами.
- Мой доктор не разрешает мне пить ничего, кроме шампанского.
Кажется, я побледнел. Я заказал полбутылки. При этом я небрежно заметил, что мой доктор категорически запретил мне пить шампанское.
- Что же вы тогда будете пить?
- Воду.
Она ела икру, она ела лососину. Она непринужденно болтала об искусстве, о литературе, о музыке. А я сидел и подсчитывал, сколько придется платить. Когда мне принесли заказанное блюдо, она взялась за меня всерьез.
- Я вижу, вы привыкли плотно завтракать. И совершенно напрасно. Берите пример с меня. Уверяю вас, вы почувствуете себя гораздо лучше, если будете есть только одно блюдо.
- Я и собираюсь есть одно блюдо, - сказал я, видя, что официант опять подходит к нам с карточкой.
Она грациозно от него отстранилась.
- Нет, нет, я никогда не завтракаю. Так, погрызу что-нибудь, да и то скорее как предлог для беседы. Я просто не в состоянии больше проглотить ни кусочка. Разве только если у них есть французская крупная спаржа. Быть в Париже и не попробовать ее - это просто обидно.
Сердце у меня упало. Я видел эту спаржу в магазинах и знал, что она ужасно дорогая. Не раз у меня текли слюнки при виде ее.
- Мадам желает знать, нет ли у вас крупной спаржи, - спросил я у официанта. Я напряг всю свою волю, чтобы заставить его сказать "нет". Ето круглая пасторская физиономия расплылась в радостной улыбке, и он заверил меня, что у них есть такая крупная, такая великолепная, такая нежная спаржа, просто чудо.
- Я ни капельки не голодна, - вздохнула моя гостья. - Но если вы настаиваете, я, пожалуй, съем немножко.
Я заказал.
- А вы разве не хотите?
- Нет, я спаржи не ем.
- Да, некоторые ее не любят. А все потому, что вы едите слишком много мяса, это портит вкус.
Мы ждали, пока приготовят спаржу. Мною овладел страх. Я уже не спрашивал себя, хватит ли денег до конца месяца, - я думал только о том, как бы уплатить по счету. Какой позор, если не хватит каких-нибудь десяти франков и придется занять их у моей гостьи. Нет, об этом не могло быть и речи. Я знал точно, сколько у меня есть, и решил что, если счет превысит эту сумму, я опущу руку в карман и, с возгласом ужаса вскочив на ноги, скажу, что у меня украли кошелек. Будет, конечно, очень неловко, если у нее тоже не окажется денег. Тогда останется одно - предложить в залог свои часы, а потом вернуться и уплатить по счету.
Появилась спаржа. Она была необычайных размеров, сочная и аппетитная. Аромат растопленного масла щекотал мои ноздри, как запах дымящихся тельцов, сжигаемых благочестивыми иудеями, щекотал ноздри Иеговы. Я следил, как эта бессовестная женщина самозабвенно поглощает кусок за куском, и деликатно рассуждал о состоянии современной драмы на Балканах. Наконец спаржа исчезла.
- Кофе? - спросил я.
- Да, кофе и мороженое, - отвечала она.
Мне уже нечего было терять, и я заказал себе кофе, а ей - кофе и мороженое.
- Вы знаете, есть одно правило, которому я всегда следую, - сказала она, доедая мороженое. - Человек должен вставать из-за стола с таким ощущением, что он еще не вполне насытился.
- Вы еще голодны? - едва выговорил я.
- Нет, что вы, я не голодна; я вообще не ем второго завтрака. Утром я выпиваю чашку кофе, потом обедаю, а на второй завтрак так что-нибудь перекушу, самую малость. Я имела в виду вас.
- А-а, понимаю.
И тут случилось нечто ужасное. В то время как мы ждали кофе, к нам подошел метрдотель и с угодливой улыбкой на лицемерной физиономии протянул нам большую корзину, полную огромных персиков. У них был румянец невинной девушки; у них было все богатство тонов итальянского пейзажа. Но откуда они взялись в это время года? Один бог знает, сколько они стоят. Я тоже это узнал - несколько позже, ибо моя гостья, не прерывая беседы, рассеянно взяла из корзины персик.
- Вот видите, вы набили желудок мясом (моя единственная несчастная котлетка!) - и больше ничего не в состоянии съесть. А я только слегка перекусила и теперь с удовольствием съем персик.
Принесли счет, и, когда я уплатил, у меня едва-едва осталось на чаевые. Взгляд ее на мгновение задержался на жалких трех франках, оставленных мною для официанта, и она, конечно, сочла меня скрягой. Но когда я вышел из ресторана, впереди у меня были целые две недели, а в кармане ни одного сантима.
- Берите пример с меня, - сказала она на прощание, - никогда плотно не завтракайте.
- Я сделаю еще лучше, - отвечал я. - Я сегодня не буду обедать.
- Шутник! - весело воскликнула она, вскакивая в экипаж. - Вы настоящий шутник!
Теперь я наконец отомщен. Мне кажется, я человек не злопамятный, но, когда в дело вмешиваются сами бессмертные боги, вполне простительно обозревать плоды их труда с чувством удовлетворения.

Она весит теперь триста фунтов.
~
Переведите любую сумму на Яндекс.Кошелек или PayPal для поддержания сервисов и силы духа «Шуфлядки». Все добровольно и не принудительно, ваша мама будет вами гордиться в любом случае.
Поделитесь, пожалуйста, своим впечатлением от рассказа
Ваш ответ поможет выбрать новые рассказы наилучшим образом
Оцените, насколько вам понравилось
Как вы можете охарактеризовать прочитанное
Спасибо, ваше мнение очень важно для нас.
Made on
Tilda